Политика
«Хезболла»: Неприметный игрок на сирийской  шахматной доске
© Sputnik/Михаил Воскресенский
Тема: Политика

«Хезболла»: неприметный игрок на сирийской шахматной доске

Анастасия Ямали, журналист

В мае 2015 года, когда боевики аль-Багдади захватили Пальмиру, сложилось впечатление, что они утвердили свое присутствие в центральной Сирии, оттеснив силы Асада на западе страны и курдов в северной ее части. Несмотря на это впечатление, многие верили, что при усилении сирийской армии и курдов альянс против ИГИЛ способен вернуть исторический город. Так и произошло.

Ужасы, которые последовали за завоеванием города «Исламским государством» (организация, запрещенная в РФ), по мнению экспертов, вновь имели двойной смысл. С одной стороны, они вызвали чувства гнева и страха в западном мире, а с другой — радикальные мусульмане «с корнем вырвали» все то, что не имеет прямого отношения к исламу, даже если речь идет о ценнейшем сокровище мирового наследия.

Менее чем через год Пальмира была отвоевана силами, лояльными к сирийскому режиму. 

Западные СМИ о взятии Пальмиры: знаменательная победа Асада и Москвы

По мнению аналитиков, эта победа сирийских войск может стать переломным моментом, изменив баланс сил в пятилетнем сирийском «марафоне». Также она доказывает, что режиму Асада не только удается сохранить доминирование в районе Дамаска и других городах, занятых в начале конфликта повстанцами, но и двигаться вперед, вытесняя джихадистов с занимаемых территорий. В самом деле, кажется, что динамика развития этого режима может создать совершенно иную реальность не только для стран — сторонников Асада, но и для Европы, которая два года спустя столкнулась с тем, что такое «Исламское государство», и не на Ближнем Востоке, а на своей собственной территории.

Как отмечают многие аналитики, ситуация, сложившаяся в Сирии, является результатом вмешательства в конфликт России, Ирана и «Хезболлы». В конце 2011 года, когда протесты начали принимать форму гражданской войны, теми, кто защищал режим даже больше сирийской армии, страдавшей от недостатка боевого духа и военного опыта, были боевики Насраллы. Они поддерживали Асада, давая стратегические и военные советы и предлагая свою помощь, чтобы приступить к повторному захвату Хомса и других стратегически значимых городов.

Итак, вмешательство «Хезболлы» в сирийскую войну, может, и не вызвало столько шума, сколько российское, однако имело большое значение.

Война — это продолжение политики другими средствами, писал прусский военный теоретик и стратег Клаузевиц. Сейчас требуется положить конец войне, который сформирует новую политическую реальность в Сирии, ознаменует новую обстановку в регионе, крайне интересную для баланса, потому что в этой войне в качестве стратегических игроков проявили себя и курды, очевидно, боровшиеся, чтобы остаться на сцене, не исчезнуть с нее.

Именно поэтому политические дилеммы, с которыми сталкивается наводненная беженцами Европа, сложнее, чем то, с чем она может справиться, как показала ее неудачная политика в сирийском кризисе.

*Статьи публикуются без изменений и отражают точку зрения автора. При этом она может не совпадать с мнением редакции сайта.